Дело «Озерских отказников»

В 2004-м году к нам за помощью обратились несколько человек из закрытого города Озерска: люди не могли вернуться к себе домой.
Что такое закрытый город? Это забор  из колючей проволоки вокруг всего города и КПП, через который всех впускают внутрь и наружу исключительно по специальным пропускам. Как и везде, в закрытом городе тоже бывают преступления, т.е. время от времени выявляются преступники. Их судят и садят. Хотя внутри проволоки в Озерске есть своя колония (зона в зоне), но не всех оставляют отбывать наказание в ней. Большинство «сидит» за пределами Озерска.

Приходит время, и человек освобождается. Освобождается и спешит домой. Но не тут-то было: на КПП родного города его внутрь не пропускают: а не нужен ты нам. (Особенно ретивостью не пускать назад бывших осужденных отличаются местные депутаты: «Поставим заслон наркоманам, разбойникам и прочей нечисти!») Практически это выглядит так: родственники осужденного, готовящегося к выходу на свободу, подают в режимный отдел заявление об оформлении пропуска освобождающемуся, а им в выдаче пропуска отказывают по причине того, что местный отдел ФСБ «в согласовании заявления отказал». Родственники со слезами к ГБэшникам. Те в ответ машут пред ними законом о гостайне: гражданину может быть отказано в допуске к государственной тайне, если у того имеется неснятая судимость за тяжкое преступление. «Режимщики», в свою очередь, тычут в другую бумагу: «Положение об обеспечении режима на особо охраняемой территории», в котором сказано что оформление пропуска предполагает процедуру согласования с ФСБ — в соответствие  с Законом о гостайне. Всё — замкнутый круг. И не важно, что жаждущий вернуться — житель этого города, родившийся и проживший в нем всю свою жизнь до осуждения. Что у него в городе семья, приватизированная квартира. Или это ребенок, школьником попавший в колонию и теперь возвращающийся к своим родителям. В 2003 году из мест заключения освободилось 365 озерчан, т.е. один человек в день. Они наводнили окрестные сады и соседний городок Касли, т.к. идти им было просто некуда.

Люди пришли к нам за помощью — первые два человека, уже проигравшие свои дела в Озерском суде. Т.е. мы подключились на стадии кассационного рассмотрения. Посмотрев материалы дела, мы дали первый совет: отказаться от адвокатов, ибо случай был, увы, типичный, когда адвокат действует, как прокурор. Второе, что мы посоветовали — дополнить кассационные жалобы указаниями на нарушение конституционных прав. Например, права распоряжаться своим имуществом. Ну и третье — согласились представительствовать в суде.

В областной суд из Озерска приехала целая делегация противной стороны: представитель режимной службы, два представителя администрации города и офицер из ФСБ.

Когда я представился судье как доверенное лицо, тот раздраженно спросил: «А где же сам истец? Почему не приехал?» Я ответил, что если этот человек покинет город, где он находится сейчас по разовому пропуску, то назад его просто не пустят. «Как это не пустят, — растерялся судья, — он же там прописан!» «Так вот как раз по это причине я тут пред вами и стою. Мне это также удивительно». Судья еще больше удивился и спросил у озерской делегации: «Что, и правда, не пустите?» «Нет!» — ответили те хором. Вот с такой экзотики и началось кассационное рассмотрение. Т.к. истцы — мы, то нам выпало начинать. Впоследствии мне пришлось еще несколько раз выступать на процессах по въезду в закрытые города, доводы всегда были одинаковы, поэтому наши друзья из общественной организации, работающей в Озерске, речь мою на одном из процессов записали на магнитофон и издали в качестве методики. Люди пользуются ею, самостоятельно выступая в суде, и выигрывают процессы. Здесь же важно указать на основную канву наших доводов: я попросил представителя ФСБ предъявить суду приказы начальника секретного объекта о допуске моего доверителя к государственной тайне, который он будто бы имел до заключения. Также я попросил предъявить такой же приказ о лишении его этого допуска в связи с осуждением. Ведь если ФСБ отказывает в допуске к государственной тайне сейчас, (т.е. утверждает — а ФСБ утверждает — что каждому жителю закрытого города будто бы оформляется допуск к государственной тайне), то выходит, что этот допуск у гражданина был. Оформляется такой допуск руководителем объекта (в данном случае приказом директора ПО «Маяк»), вот и покажите это приказ. Если же нет его, тогда все ваши доводы об отказе в «согласовании» никакой юридической ценности не представляют: причины отказа основаны на чем-то ином, но не на законе.

Судья выслушал меня внимательно и когда я закончил, обратился к ответчикам: опровергайте доводы представителя истца. И вот тут я услышал совершенно бесподобный ответ:: «Ничего мы опровергать не будем — мы действовали по закону». Безусловно, после такой «аргументации» мы получили совершенно удовлетворившее нас решение суда: немедленно оформить въезд в город. Т.е. суд даже не стал возвращать дело на новое рассмотрение, а сразу принял окончательное решение. И вот тут случилось еще одно, чего я раньше в судах не видел: судья огласил решение, а офицер ФСБ сказал: «Да ничего мы делать не будем!». Надо было видеть судей! Председательствующая в суде (как раз та, что приняла сторону Хорошениной месяцем ранее) остановила выходящую из зала суда делегацию Озерска и очень строго прочитала им всем мораль по поводу того, что такое суд в правовой системе Российской Федерации. Спустя неделю другой состав областного суда принял решение по второму иску. Мы ко второму суду готовились очень тщательно, т.к. считали, что теперь, наученные горьким опытом, представители власти дадут нам аргументированный отпор, тем более, что доводы наши им уже известны. Каково же было наше удивление, когда они один в один повторили свой единственный довод: «Ничего мы опровергать не будем — мы действуем по закону».

Эти процессы — хороший пример того, как надо действовать в суде: требовать от противной стороны ссылок не только на законодательные акты, но и предъявления нормативных документов (очень часто это приказы, как в описываемых случаях), принятых в соответствии с этими актами. А так как чиновники чаще всего нарушают ваши права, либо исполняя чью-то волю, либо по причине злости или зависти к вам, то никаких законных оснований для нарушения ваших прав у них не может быть просто по определению: когда есть право, любое нарушение его противозаконно. Поэтому вы должны (как мы и говорили ранее) очень хорошо изучить законодательную базу по своему вопросу и потребовать от противников предъявить документ по каждому из заявленных ими доводов.

Сделать это практически всегда они не могут.

Читайте еще